Педро искал подработку, чтобы закрыть долги за квартиру. Ему предложили простое дело: посидеть вечер с пожилой сеньорой Алисией, пока её дочь уедет в больницу к мужу. Сказали, что бабушка почти не встает с кресла, иногда забывает, где находится, но в целом спокойная. Деньги приличные, отказываться не стал.

Пришел в старый дом на окраине Буэнос-Айреса. Внутри пахло лавандой и чем-то медицинским. Алисия сидела в большом кресле, укрытая пледом, и смотрела в окно. Когда Педро поздоровался, она медленно повернула голову и улыбнулась так, будто ждала именно его.

Сначала всё было тихо. Он включил телевизор потише, налил ей чаю, помог дойти до туалета. Алисия называла его то по имени, то вдруг «Родриго» и спрашивала, почему он так долго не приходил. Педро решил подыгрывать, чтобы не расстраивать старушку.

Потом она попросила принести коробку с фотографиями из шкафа. Он достал тяжелый альбом, сел рядом. Алисия перелистывала страницы и рассказывала, как они с Родриго познакомились в пятьдесят четвертом, как танцевали танго на свадьбе друзей, как он уехал на север и пропал. Голос её дрожал, глаза блестели.

В какой-то момент она взяла его за руку и крепко сжала. Пальцы были холодные, но хватка железная. Сказала: ты обещал вернуться, я всё это время ждала. Педро хотел пошутить, что он не тот человек, но она посмотрела так, что шутка застряла в горле.

С того мгновения всё изменилось. Дверь на ключ она повернула незаметно, пока он в кухне ставил чайник. Телефон вдруг перестал ловить сеть. Алисия уже не просила, она требовала. Требовала рассказать, где был все эти годы, почему бросил её с ребенком, почему изменил с какой-то девкой из Кордовы.

Педро пытался объяснить, что он просто сиделка, что его зовут Педро, что он родился в девяносто восьмом. Она не слышала. В её голове он снова стал молодым Родриго, который должен ответить за всё. Она доставала из ящиков старые письма, фотографии, даже нож для бумаги и говорила, что теперь они наконец-то поговорят по-настоящему.

Ночь тянулась бесконечно. Он метался по дому, искал выход, но окна были с решетками, дверь крепкая, а старушка двигалась удивительно быстро для своих лет. Когда он пытался силой открыть замок, она стояла сзади и тихо плакала, называя его предателем.

Под утро она вдруг успокоилась. Села в то же кресло, укрылась пледом и сказала: всё, Родриго, я простила. Иди ко мне. Педро, весь в поту, подошел ближе. Она взяла его за руку, прижала к своей щеке и прошептала: только не уходи больше никогда.

В этот момент в замке повернулся ключ. Вошла дочь Алисии с усталым лицом. Увидела Педро, бледного, с синяками на запястьях, и мать, которая мирно спала в кресле, держа его за руку. Дочь извинилась, сказала, что мама иногда путает людей, но обычно это не так страшно.

Педро молча взял деньги и вышел на улицу. Утро было прохладное, пахло свежим хлебом из булочной. Он долго стоял на остановке, глядя на свои дрожащие руки, и думал, что никогда больше не возьмется присматривать за пожилыми людьми. Особенно за теми, кто кого-то очень долго ждал.