Анна уже давно не ездила куда-то просто так, ради себя. Жизнь превратилась в бесконечные встречи, съемки и звонки из Лос-Анджелеса. Муж-продюсер всегда был где-то на шаг впереди, а она следовала за ним, как тень. И вот однажды он снова улетел в Канны, а она осталась ждать самолета, который отменили из-за забастовки.

В аэропорту к ней подошел Жак, деловой партнер мужа. Высокий, чуть седой француз с усталыми глазами и мягкой улыбкой. Он предложил подвезти до Канн на машине, раз уж рейсов нет. Анна сначала отказалась, но потом посмотрела на серое небо и подумала, что хуже уже не будет. Села в старенький Пежо и закрыла дверь.

Сначала они молчали. Дорога вилась между виноградниками, солнце пробивалось сквозь облака. Жак включил тихую музыку, какую-то старую французскую песню. Анна смотрела в окно и вдруг почувствовала, как напряжение отпускает плечи. Она давно не сидела просто так в машине с чужим человеком и не боялась, что нужно что-то говорить.

Потом они остановились у маленькой булочной в каком-то городке. Жак купил свежие круассаны и кофе в бумажных стаканчиках. Сели на лавочку у фонтана. Он рассказал, как в детстве проводил здесь каждое лето у бабушки. Анна неожиданно для себя начала говорить о том, как устала быть всегда сильной. Слова выходили сами собой, будто ждали подходящего момента.

Дальше дорога стала красивее. Поля лаванды, старые каменные дома, маленькие ресторанчики с клетчатыми скатертями. Они заезжали в деревни, пили вино на террасах, фотографировали закаты. Жак показывал места, о которых не пишут в путеводителях. Анна смеялась, как девчонка, когда они кормили уток у пруда или покупали сыр прямо у фермера.

Однажды вечером они остановились в старом отеле с видом на холмы. Сидели на балконе, пили розовое вино и молчали. Анна вдруг поняла, что за последние дни ни разу не вспомнила про работу. Она просто жила. Здесь и сейчас.

На следующий день пошел дождь. Они ехали медленно, дворники скрипели, а в салоне пахло мокрой землей и кофе. Жак положил руку на ее ладонь, и она не убрала. Это было так естественно, что даже не пришлось ничего объяснять.

Когда наконец показались огни Канн, Анна почувствовала легкую грусть. Поездка закончилась. Завтра снова съемки, встречи, улыбки на камеру. Но внутри что-то изменилось. Она больше не хотела бежать. Хотела остановиться и почувствовать вкус жизни, как тот круассан с маслом в маленькой булочной.

Жак высадил ее у отеля. Они постояли молча. Потом он просто обнял ее, крепко и тепло. Анна закрыла глаза и подумала, что Париж действительно может подождать. Иногда важнее не то, куда ты едешь, а с кем и как ты чувствуешь себя по дороге.